10 худших сцен секса в кинематографе

Секс – по большей части – все, что нужно человеку. Даже момент его рождения замешан на сексе. Хороший секс – это круто, плохой секс – отвратительно. Нет, ну правда. Кино, на мой взгляд, создано для того, чтобы быть красивым (советское, а впоследствии, русское кинопроизводство – отдельный разговор, который мы сейчас вести точно не будем). Секс в кино несет сразу несколько функций – возбуждает, будоражит, провоцирует, раздражает или смущает. Гораздо хуже, когда после оргазма на экране, единственное, что хочется сделать, пойти и поблевать. Об сцены плохого секса (не в смысле “ничего не получилось”) часто спотыкались разные режиссеры в разное время. И дело тут не в извращенности автора, а в том, что мы, зашоренные рамками социальности, не можем принять.

И да, разумеется, эту статью не стоит читать, а уж тем более смотреть, лицам до 18 лет, а так же нервным дамочкам и скучным работникам всяческих офисов, которые, если и мечтают о сексе, то только в миссионерской позе.

 

Необратимость (Irréversible, 2002)

Гаспар Ноэ – известный провокатор, но вот что непонятно – он действительно хочет исследовать все потемки человеческой души, или просто откровенно нас ненавидит?
Сцена изнасилования в грязной парижской подземке (не верьте, там все хорошо и такого не бывает) – реалистична, отвратительна, пугающа и длится где-то 8 минут. Вполне нормальное время для секса, но чересчур – для экрана. Невообразимо красивая Моника Белуччи, распластанная по полу, не вызывает ни возбуждения, ни сочувствия. Ее становится жалко потом, когда она начинает переваривать свершившееся. Вообще “Необратимость” – фильм, построенный на флэшбеках. Но вот почему-то, не верю я Венсану Касселю, который мстя за изнасилование своей подружки, пошел мочить всех подонков Пятой Республики.

 

Последнее танго в Париже (Last Tango in Paris, 1972)

Фильм Бернардо Бертоллучи, впервые представленный на нью-йорксом кинофестивале в 1972 году – сразу стал очень спорным. Нет, конечно, он вошел в анналы мирового кинематографа, как безусловный шедевр. И, да, молодой Марлон Брандо и юная Мария Шнайдер, почти 2 часа экранного времени занимающиеся исключительно сексом – производят впечатление на окрепшие и не очень умы. Да так, что уже и не хочется смотреть перебивки из другой, реальной жизни парочки, которая даже не удосужилась узнать имена друг друга. И все бы хорошо, вот только анальный секс по-прежнему остается в человеческом сознании большим табу.

 

Шоугерлз (Showgirls, 1995)

Корона творчества Пола Верховена, сменившего родную Голландию на страну мечты – Америку и Голливуд. И вроде бы сюжет “Шоугерлз” построен исключительно на сексе, но почему же тогда трах в бассейне между Элизабет Беркли и Кайлом МакЛахленом смотрится настолько отвратительным? И проблема даже не в том, что в мире “шоугерлз” к женщинам относятся исключительно утилитарно, а в том, что в чистом, без примесей чувств сексе нет ни капельки привлекательного.

Широко закрытые глаза (Eyes Wide Shut, 1999)

Последний фильм гения кинематографа Стенли Кубрика, который он так и не закончил монтировать после 10 лет съемок. Может именно поэтому он оставляет чувство недосказанности. Но давайте смотреть правде в глаза, оргия на экране – это совершенно не возбуждающе (исключение – “Калигула” Тинто Брасса). Дергающиеся друг на друге тела – это, честно сказать, смешно. А в варианте Кубрика, так вообще смешно до колик. “Широко закрытые глаза” словно бы сняты не профессиональным режиссером, а Ларри Флинтом. Уж слишком все механически получилось. И да, я уже сказал – смешно?

 

Тело как улика (Body of Evidence, 1993)

Любая сцена секса делится на две части: тупую и невидимую. К тупой части относится Мадонна, которая пытается сделать сексуальное выражение лица при виде Уиллема Дефо. Надо заметить, что у Мадонны получается не очень. Ну, не актриса она, как бы не пыжилась. У Дефо же лицо такое страдальческое, что его хочется просто пожалеть. Ну, прямо не секс, а мучение.

 

Убей меня нежно (Killing Me Softly, 2002)

Если бы в этой сцене Файнс ее действительно бы задушил, было бы значительно круче. Как бы не относился я к Хизер Грэхем, но с таким лицом секс не играют. Нет. И стонут не так, дышат не так, словно у тебя случился приступ астмы. Вот смотришь, и думаешь – “ну, какого черта этим двум совершенно асексуальным людям понадобилось делать это… к тому же на экране?”

Бал монстров (Monster’s Ball, 2001)

За этот фильм Хэйлли Берри получила-таки своего Оскара за главную женскую роль. Ну, в общем, надо заметить, что и Билли Боб Торнтон, тоже сыграл очень неплохо. Но есть все-таки что-то неприятное и ненормальное в сексе, которым занимаются совершенно отчаявшиеся люди. Ну, гадко смотреть на продавленную, разваливающуюся софу, на бедную обстановку, и даже слышать идиотское, повторяемое через каждую минуту “сделай мне хорошо”, из уст красавицы Берри тоже не хочется. По сути, это именно тот случай, когда прекрасная актриса, на которую в прочих случаях дрочишь, играет совершенно отвратительную сцену, когда ее не просто не хочешь, а даже испытываешь некое отвращение.

Щепка (Sliver, 1993)

Да, не спорю, фильм, конечно, культовый. Круче него, пожалуй только “Основной инстинкт”. И да, вряд ли кто забудет сцену с трусиками в ресторане. Но почему же Болдуин и Шэрон Стоун изобразили такую омерзительную страсть? Нет, вроде бы, все в порядке, и дамочки стонут только от одного вида подтянутой задницы Уильяма, а мужчины – от гордо торчащих грудей Шэрон. Но, согласитесь, это, все-таки секс на грани фола, где жестокость превалирует над чувствами. Да и вообще, что такое секс длиною менее 2 минут? Смешно, право слово.

Адреналин (Crank, 2006)

Секс на публике заводит. Эми Смарт тоже заводит. И близость смерти заводит. И Джейсон Стэтэм… ну, Джейсон Стэтем – это Джейсон Стэтем. И секс прямо посреди улицы между Эми Смари и Джейсоном Стэтэмом должен был бы заводить. А ни фига. Смешно – да, тупо – да. Но совершенно не возбуждающе.

 

Моя мать (Ma mère, 2004)

Картина Кристофа Онорэ поставлена по никому не известной книге Жоржа Батайя. История отношений между зрелой женщиной (подругой мамы) и сыном-подростком, в исполнении Изабель Юппер и Луи Гарреля, довольно вольно проводящих свое время на Канарах, может быть и прошла бы не замеченной, если бы не затронутая тема инцеста. Согласитесь, даже намек на секс между родственниками, особенно близкими – это как-то неприятно. Совсем.

Вам также могут понравиться
Exciter в соцсетях

This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Read More