История музыки в космосе

astronaut-banjo-1

Сегодня утром космонавт Крис Хэдфилд вернулся на Землю, запомнившись человечеству тем, что пел в космосе песни (и вообще развлекал нас по-полной). Но у музыки в космосе длинная история, и как бы нам этого не хотелось – Крис в этом совсем не пионер. Хотя за последние сутки я услышала несколько мнений о том, что «Space Oddity» в его исполнении, звучит, если и не круче, то намного правдивее, чем у Дэвида Боуи.

Вот, скажем, первая земная песня, «покорившая» бесконечные просторы вселенной, была «Johnny B. Goode» в исполнении Чака Берри. Конечно, дедушка рок-н-ролла ни на какие МКС не летал. Просто именно эту песню отправили вместе с космическим зондом «Вояджером 1» исследовать Солнечную Систему в сентябре 1977 года. Зачем? Ну, на случай, если вдруг встретятся инопланетяне и захотят насладиться человеческой культурой. Кстати, песни для отправки отбирал не абы кто, а сам Карл Саган. Впрочем, надо сказать, это был единственный рок-н-ролл на всем золотом космическом диске – все остальное состояло из классики, в лице Баха, Стравинского и Бетховена, джаза – в лице Луи Армстронга, а так же набора очень национальной музыки, вроде звуков индийской раги, азербайджанской зурны и духовых инструментов Соломоновых островов. Логичное решение – мало ли что понравится маленьким зеленым человечкам?

Чтобы окончательно добить пилотов «тарелочек», в 2008 году НАСА запустила в космос прямой сигнал, транслировавший битловскую «Across The Universe». Наконец-то кто-то включил мозг и выбрал околокосмическую тематику. Кого-то звали (да и зовут до сих пор) Барри Гельдзалер, он руководил программой и всю жизнь фанател от Beatles. Сигнал передавался на невероятной скорости 300 000 км/с в сторону Полярной звезды, находящейся от нас на расстоянии 431 светового года. Сэр Пол МакКартни отреагировал на это телеграммой в Агентство Космических Исследований: «Здорово! Круто, НАСА! Отправьте всю мою любовь инопланетянам! Всего наилучшего. Пол»

А в прошлом году шутники из НАСА записали спецтрек will.i.am «Reach for the Stars» и отправили на Марс вместе с исследовательским марсоходом «Куриосити». Сомнительных музыкальных достоинств композицию марсоход отправил обратно на Землю, достигнув поверхности Красной Планеты. Честно? Уж лучше бы они отправили туда самого will.i.am…

Ну, это о том, что космос слышал. А вот играть в невесомости начали еще в далеком 1965 году. Астронавты Уолтер М. Ширра и Томас П. Стаффорд, отправившиеся на «Джемини 6» на околоземную орбиту, пронесли на борт колокольчики и губную гармошку, и 16 декабря, готовясь к возвращению на голубую планету, исполнили шуточную, «космическую», по их мнению атональную мелодию, которую, разумеется, с разной степенью удовольствия прослушали на мысе Канаверал и в Хьюстоне, конечно. Вообще-то, ребята думали, что играли рождественскую Jingle Bells… но сами послушайте.

Ну, а что касается музыки, сделанной на МКС, первым этим «увлекся» советский космонавт Юрий Романенко еще в середине 80-х. Он написал 20 песен на станции «Мир», чьи обломки сейчас украшают дно Тихого океана, но, к сожалению не записал их.

Но, если Крис Хэдфилд и пронес на борт электро-гитару, то даже здесь он не был первым. В 2009-м году игрой на электропианино развлекал своих коллег по невесомости Карл Вальц, а в 2011-м, два астронавта – Кэди Коулман и Эллен Очоа притащили на МКС по флейте и сыграли Баха. Проект поддержал легендарный Йан Андерсон из Jethro Tull – и это стало первым космодуэтом на свете.

Ну, а если говорить о первом в мире возможном проекте космомузыки, то он, к сожалению, так и не реализовался. Астронавт Рональд МакНейр во время своего первого полета в 1984 году записал в космосе свою игру на саксофоне (запись, к сожалению утеряна) и так вдохновил французского композитора Жана-Мишеля Жарра, что тот предложил взаимовыгодное сотрудничество: МакНейр делает соло на саксе в космосе, а Жарр на Земле – аранжировку. 28 января 1986 МакНейр поднялся на борт шаттла «Челленджер». А дальше вы сами знаете, что было. Через 76 секунд после старта шаттл взорвался…
После гибели астронавта, другой саксофонист, Кирк Уэлун перезаписал МакНейра и Жарр включил этот кусок в альбом Rendez-vous, полностью посвященный памяти МакНейра.

Вам также могут понравиться
Exciter в соцсетях

This website uses cookies to improve your experience. We'll assume you're ok with this, but you can opt-out if you wish. Accept Read More